Архитектура и утопии

Архитектурная деятельность стала видеться автономной культур формирующей силой, архитектор — тем, кто подобно оруэлловскому "Большому брату" лучше знает, что нужно людям, чем могут знать они сами. По сути дела историю архитектуры за последние полтора столетия можно написать как историю одного из направлений утопического мышления. Это вам не трубу гофрированную нержавеющую  проектировать. В эпоху Ренессанса идеальные модели облекались в форму описания страны Утопии (от греческого "у" — нет, "топос" — место), страны нигде. К тому времени проектная деятельность стала обособляться от строительства; идея, овеществленная в чертеже, приобрела самоценность и возможность саморазвития, даже в напольном кабель канале. И параллельно вербальным моделям стал развиваться жанр проектов, фиксирующих идеальный образ, который свободен от ограничений реальности (проекты идеальных городов  — от созданных Филарете. Фра Джокондо и Франческо ди Джордже Мартини во второй половине XV" в. до проектов Джордже Вазари и Виченцо Скамоцци, относящихся к рубежу XVI и XVII вв.).

Вербальные модели имели главным предметом общественное устройство, идеальные проекты — совершенные способы формирования городского пространства. Взаимные влияния эти двух форм фиксации воплощения идеального несомненны.  Проекты фиксировали целостный идеач волевого подчинения действительности рациональному образу. Их кристаллическая унифицированная геометрия, связанная с пифагорейской магией чисел, отражала идею порядка — главное начало социальных утопий; последние же, касаясь организации пространства, описывают нечто, подобное изображенному на листах идеальных проектов.